?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Продолжая тему Мировой Войны №3

Мы видим полную аналогию подготовки МВ3 с подготовкой МВ2.
Стравливание Германии и СССР в 30-х 40-х годах прошлого века.
И стравливание Ирана и Египта в наше время. 




"США приняли решение о радикальном изменении своего внешнеполитического курса на Ближнем Востоке. Вашингтон делает ставку на шиитское сопротивление в исламском мире и на Тегеран, как главную региональную державу, заменяющую Египет, Турцию и Саудовскую Аравию вместе взятые. В самое ближайшее время США придется избавиться от превратившихся в обузу своих основных союзников – Израиля и Саудовской Аравии. На политической арене Ближнего Востока возникнет новый геополитический игрок – Иран. Приобретя нового могущественного партнера, США смогут, наконец, сосредоточиться на главной своей геополитической проблеме - Китае и России.

На передний план в сегодняшней борьбе мусульман с элементами мирового порядка, в первую очередь, в виде установленных в исламском мире режимов, все более заметно выходит шиитское сопротивление. Пока еще кровавые события в Сирии и волны нестабильности, катящиеся по Египту и Магрибу, держат в поле зрения мировой публики салафитских джихадистов как авангард исламской пассионарности. Однако в ближайшее время прямое противостояние шиитского населения с монархическими режимами Аравийского полуострова должно потеснить в медиа славу «аль-Каиды» и аффилиированных с ней структур. Борьба шиитов после многолетней консервации в формате победившей и вошедшей в состояние гомеостазиса Исламской революции в Иране снова станет - и в гораздо большей степени, чем в 1979 году - доминантой современности.

Почему это произойдет?Для этого есть несколько причин, внешних и внутренних. Внешняя и сугубо техническая причина заключается в том, что шиитов больше. На первый взгляд может показаться, что это утверждение абсурдно. Шиитские мазхабы вкупе охватывают не более 20% уммы. Однако стоит сравнить удельный вес пассионариев в суннитской и шиитской средах. Среди суннитов соотношение джихадистов к массе мировой общины измеряется десятками тысяч, избранных из сотен миллионов. Среди шиитов соотношение принципиально иное. Исламская революция в Иране вовлекла в борьбу практически весь народ. В последующем шииты Ирана, находясь в блокаде, практически голыми руками удержали и разгромили танковые армады Саддама Хусейна. Восстание шиитов в Ираке также поддерживалось практически всем человеческим ресурсом общины. Потенциально в шиитском активе может быть задействовано подавляющее большинство мусульман этого мазхаба. Поэтому 20% шиитов «весят» больше, чем остальные 4/5.

Такое неравномерное распределение пассионарности между двумя главными направлениями Ислама связано с ролью, которую шииты играют в исламском мире и в истории Ислама. Это ни что иное, как роль «гонимых за правду». Шииты представляют собой внутри Ислама «малый отряд», который концентрирует в себе и поднимает как знамя статус «обездоленного», совпадающий с провиденциальным эсхатологическим призванием мусульманина. На одной стороне уммы верующие, для которых трагическое измерение жизни является чем-то сомнительным, периферийным, или вообще отторгаемым, на другой - трагическое измерение является осевым содержанием веры.

Этот потенциал, изначально данной пассионарной вовлеченности каждого шиита в драму исламской истории, структурирован и капитализован через принцип «таклида» - следование «образцу» в лице муджтахида – духовного наставника. В шиизме духовенство институционализировано и в силу особой идеологии, исторически сложившейся в джафаритском мазхабе, оно – духовенство – представляет собой политический класс, самостоятельный, в отличие от суннитских алимов, многими веками находившихся на службе султанов, эмиров, а впоследствии, и президентов.

Огромный психологический ущерб в этом плане нанес суннитскому ближневосточному джамаату османский государственный ислам. Пятьсот лет Османского халифата создали прикормленную государством религиозную бюрократию, против которой мусульмане боролись вплоть до Первой мировой войны. Ваххабитское движение и махдистское движение в Судане – наиболее яркие примеры противостояния живых сил уммы той фальсификации, которая под именем «ислама» существовала в границах Высокой Порты. Однако даже ваххабизм (салафизм) так и не смог достичь критической массы и трансформировать общую инерционность в психологии большинства, которое предпочитало (а в значительной мере и до сих пор предпочитает) уход от проблем реальной веры в специфическое пространство суфийских тарикатов.

Шиитский истеблишмент, прежде всего верхние слои шиитского духовенства, несомненно, имеют тесные и глубокие связи с мировым традиционалистким клубом, в первую очередь, в странах европейского Запада. Именно этот аспект обеспечил имаму Хомейни в период изгнания возможность не просто быть политическим беженцем во Франции, но и, находясь в этой стране, организовывать и направлять ход борьбы против шаха на родине. (Напомним, что такой видный идеолог исламской революции, как Али Шариати получил приют в Великобритании. Там же находились в эмиграции ведущие духовные лидеры иракского шиизма, бежавшие от Саддама.) Скрытая пока поддержка Традиционалистского клуба является не последним фактором, который помогает удерживать относительную стабильность вокруг Ирана, блокировать на протяжении практически целого поколения развязывание против ИРИ войны, о чем все это время мечтали «ястребы» США и Израиля.

Однако при всем этом у высшего клерикального истеблишмента шиитов и у Традиционалистского клуба существует фундаментальное различие в политико-теологической «повестке дня». Этим и объясняется противоречивый статус Ирана, который занимает уникальную позицию в геополитическом мировом раскладе. Сегодня это единственная страна победившей теократии, где духовенство как политический класс взяло на себя прямую ответственность за управление страной в обход «светских» правителей любого формата. С одной стороны, такое положение вызывает ностальгический отклик в определенных кругах клерикального и аристократического истеблишмента Запада, с другой, в силу такого никем не отмененного фактора как «борьба каст», иранская теократия – это прямой вызов для любой наследственной монархии, в первую очередь, «мусульманских» монархий в странах аравийского полуострова.

Еще более глубоким противоречием является то, что шиитское духовенство ориентировано на эсхатологию: пришествие Махди и Мессии Исы. Эта установка, будучи неотъемлемой частью шиитского мировоззрения, оказывается камнем преткновения для традиционалистского Запада, который в действительности гораздо больше ориентирован на выход из подземелий Шамбалы «императора Калачакры», который, согласно тибетскому ламаистскому преданию, должен будет «разгромить Ислам и вернуть традиционалистскую элиту человечества в Золотой век».

Прямым и стратегическим союзником западных традиционалистов, прежде всего кругов, близких к британской монархии, являются монархические дома стран Персидского залива, а также хашимитская династия Иордании. В свое время также и Аравия была под управлением Хашимитов, но после того, как лидер ваххабитских племен из Неджда Абдул Азиз изгнал в 1928 году шерифа Мекки - родственника нынешнего правителя Иордании, в Аравии возникла династия Саудов, которые с точки зрения монархических соседей имеют тёмное и сомнительное происхождение. И как всякие парвеню саудовцы обречены всецело ориентироваться на США.

Соединенные Штаты вошли в историю как оппозиция клерикально-монархическому миропорядку, господствовавшему в Старом Свете. С самого начала Америка стала цитаделью либерализма, либерализма протестантского, масонского, иными словами, либерализма религиозного. «Прото США» - та первая община, из которой впоследствии выросла империя янки - воспринимала себя как Новую Атлантиду, и это была не только метафора, но и в очень серьезной степени конституирующий миф, на котором основана матрица американской цивилизации.

США на протяжении всей своей истории боролись против Европы, и, в конце концов, вышли из этой борьбы победителями в 1945 году, превратив этот континент в своего сателлита. В исторический период существования американского государства Ислам находился в состоянии глубокого сна и поэтому не являлся ни самостоятельным фактором, ни вызовом для Вашингтона. Османский халифат, представлявший Ислам миру, в ХIХ веке, когда Вашингтон вышел на мировую арену, носил сомнительное звание «больного человека Европы». Проблема для США возникла, когда колониальная аристократическая Европа, в той или иной степени контролировавшая в то время исламский мир, вдруг сама оказалась разгромленной и оккупированной. Упразднение роли Европы как одновременно «международного жандарма» и «всемирного просветителя» подобно удару грома пробудила дремлющие силы уммы. Именно после этого Ислам превратился в вызов для американской империи – сначала геополитический (контроль над нефтеносными территориями, противостояние с СССР), а затем и духовно-идеологический.

США, так или иначе, всегда использовали исламский фактор в решении своих проблем. В конце 80-ых и начале 90-х годов прошлого столетия именно с помощью исламского фактора (моджахеды Афганистана, талибы Пакистана, помощь всего исламского мира) США, в конечном итоге, удалось сломать хребет советской империи, своего самого крупного и единственно равнозначного геополитического противника. Крах Советской империи привел к радикальному переформатированию мирового сообщества, подверглась серьезной трансформации и сама природа исламского фактора. Собственно поэтому, когда на политическом небосклоне осталась одна сверхдержава, США после ряда попыток вновь и вновь использовать исламский фактор в своих интересах неожиданно пришли к выводу, что исходящая от него угроза теперь намного превышает плюсы, которые можно получить по отдельным проектам сотрудничества. То есть решения на выходе оказывались несопоставимы с уровнем лояльности и объемом вознаграждения, которые требовали компоненты исламского фактора за свое участие в интересах США. Например, для Вашингтона в числе «плюсов» была возможность использовать радикальный ислам как инструмент сдерживания против России и Китая. Однако гораздо более серьезным минусом оказывалось потенциальное сотрудничество Ислама и Европы, что в перспективе возвращало традиционалистским элитам поверженного континента возможность «встать с колен». Чтобы этого не допустить США активно работали над блокированием сближения между Европой и Исламом через спонсирование крайне правых исламофобских националистических партий, а также опираясь на лоббистский потенциал Израиля и еврейской диаспоры в странах ЕС. Однако оба этих ресурса оказались слишком маргинальными, что не позволило США окончательно решить эту проблему.

В итоге США оказались в ситуации, когда им пришлось бороться на несколько фронтов. Главным и для всех очевидным направлением удара после 11 сентября (в действительности, задолго до этого) стал исламский мир. Однако подспудно при этом росло противостояние между США и Европой, а также напряжение между США и Китаем, США и Россией… В исламском мире у Вашингтона оказалось два направления борьбы: с одной стороны, Исламская Республика Иран, противостоящая всем попыткам ограничить ее суверенитет, с другой стороны, многоликий джихадизм от Талибан до сомалийских исламистов. Большой ошибкой американской стратегии с негативными для американцев долгосрочными последствиями стало уничтожение режима Саддама Хусейна, ставленника США в регионе, что послужило прологом к крушению других авторитарных антиисламских режимов типа Мубарака, Каддафи и пр. В результате США остались с единственным безоговорочным партнером в мусульманском пространстве – Саудовской Аравией.

Однако у саудовского режима имеются большие проблемы, страна, фактически, находится на грани распада. Внутри страны существует загнанная в подполье и эмиграцию, но мощная оппозиция, причем, как суннитская, так и шиитская. Запасы нефти, которые делали Саудовскую Аравию глобальным геополитическим игроком, оказались завышенными в своей оценке примерно на 40%, а возможности страны наращивать добычу – серьезно ограниченными. Саудовская династия расколота внутри себя и к тому же вынуждена конкурировать с пробританскими монархиями – Катаром, ОАЭ, Оманом, которые бросают ей вызов в сфере религиозно-политического лидерства. На юге полуострова в Йемене идет масштабная вооруженная борьба салафитов против Системы, которая оттягивает на себя значительную часть внимания саудовских силовиков. В этой ситуации отсутствие лояльности со стороны США может привести к гибели королевской династии Саудитов.

На фоне происходящего шиитский вызов по всему периметру аравийского полуострова может стать еще одним серьезным вызовом для саудовского режима, оккупировавшего маленький, но стратегически важный Бахрейн, где численность шиитов составляет 82%. Интересен тот факт, что некоторая часть бахрейнских суннитов поддержала протестное движение шиитского большинства, выступающего против правящей суннитской династии, поддерживаемой Саудовской Аравией. Политический союз шиитов и суннитов может стать реальной угрозой арабским правителям, сделавших ставку на союз с мировой системой.

«Исламское пробуждение» (не корректно именуемое в западных СМИ «арабской весной») превратило в руины долго и кроваво выстраивавшийся после Второй мировой войны ближневосточный порядок. Американское влияние в регионе никогда не падало после 1945 года так низко, как сегодня. Израиль превратился в государство-парию и загнал себя в политический тупик. Его лоббистские возможности в Европе практически упразднены, что подтверждается беспрецедентными отзывами дипломатических представителей крупнейшими странами ЕС в знак протеста против недавнего решения о продолжении строительства еврейских поселений на Западном берегу. Та часть джихадистов, которая находилась под влиянием саудовского режима и на использование которой рассчитывали США, оказалась гораздо менее управляема, чем ожидалось, как показывает непризнание исламскими группами сирийской вооруженной оппозиции новой Национальной коалиции. В этой среде соперничество между Катаром и Саудовской Аравией разрушает любые попытки США консолидировать салафитские силы под своим контролем.

В этих условиях пришедший на второй срок Барак Обама принял решение о радикальном изменении внешнеполитического курса на Ближнем востоке. Долгосрочные союзники США – Израиль и Саудовская Аравия – становятся для Вашингтона обузой, о чем говорит и сенсационная утечка из доклада спецслужб США о том, что существование Израиля не «просматривается к 2025 году». И это не анализ, а установка, своего рода руководство к действию.

США сегодня рассматривают возможность сделать ставку на шиитское сопротивление в странах Персидского залива, учитывая при этом некоторый опыт, полученный ими при взаимодействии с шиитским большинством в Ираке. Итогом иракской эпопеи стало шиитское руководство в Багдаде и превращение Ирана в главный фактор влияния на территории своего бывшего противника. Таким образом, понятно, что и для демонтажа превратившихся в обузу монархий необходимо принципиально изменить формат отношений с Ираном. Для этого Вашингтону придется отказаться от бессмысленных претензий к иранской ядерной программе, отменить санкции и сделать ставку на Тегеран как главную региональную державу, заменяющую Египет, Турцию и Саудовскую Аравию. .

Проблема в том, что с уходом этой монархии практически неизбежно установление шиитского контроля над Харамейн – двумя святынями исламского мира, Меккой и Мединой. Как следствие, такой ход событий похоронит салафитский проект халифата, который поддерживается традиционалистскими кругами Европы и, особо, Великобритании. Таким образом, на Ближнем Востоке возникнет новая величественная фигура, новый геополитический игрок – Иран, вокруг которого будет строиться новая конфигурация векторов влияния. В результате США, избавившись от балласта, приобретя нового стратегического партнера, смогут сосредоточить свое внимание на проблеме Китая и России.


Гейдар Джемаль специально для Иран.ру,
В рамках проекта «Кипящая Аравия»
http://www.wprr.ru/?p=3083

Comments

( 2 comments — Leave a comment )
seno_kos
Dec. 10th, 2012 11:20 am (UTC)
Гейдар Джемаль - это Мегатролль!)...

Один у него недостаток - много буковв...

И тоже прислал евреям Черную Метку...

Иран - проект американский, поэтому предсказания его доминирования вполне могут принести лавры мудреца - провидца)..
onegin_en
Dec. 10th, 2012 11:32 am (UTC)
Здесь не надо быть провидцем.
Здесь надо проследить, как США выходили из кризиса 29 года.

Они начали активно помогать одновременно Германии и СССР.
А затем столкнули их, после чего стали самыми богатыми и ввели общемировую финансовую систему, основанную на ДОЛЛАРЕ.

Сегодня Египет очень похож на Германию 30х годов
Сегодня Иран очень похож на СССР 30-годов
Сегодня даже Сирия похожа на Испанию 30-х годов.

Все во имя спасения ДОЛЛАРА!!!!!
( 2 comments — Leave a comment )